Эта тема озвучена мной в видео

ССЫЛКА НА ВИДЕО, текст ниже:

Ссылка на видео: https://youtu.be/GmwMNC_uwnc

* * *

Молодой и талантливый московский театральный режиссер Игорь Золотников втянул ноздрей дорожку кокса, и, не дожидаясь, пока ударит приятная волна, поспешил сесть в свой новенький Роллс Ройс Гоуст II, роскошный элегантный автомобиль, идеально сочетающий в себе классический британский аристократизм с потрясающей динамикой. Его уже ждали в клубе «69», где предстоял приятнейший вечер с умными мужчинами и красивыми женщинами.

В настоящий момент Игорь ставил в одном из самых модных московских театров пьесу Чехова «Вишневый сад». Буквально только что ему в голову пришел потрясающий твист – в конце пьесы, то есть практически тогда, когда она закончилась, и актеры уже выходят на поклон, появляется отряд большевиков – несколько шариковых в шинелях во главе с комиссаром-швондером, и всех персонажей пьесы расстреливают. А затем эти уродливые люди с испорченным генофондом и в шинелях пьют водку и поют матерные частушки. Это придавало бы пьесе дополнительное измерение и не могло не вызвать восторженных отзывов в бумажных и электронных СМИ. Было бы крайне неплохо каким-то образом бросить намек и на наше время, но как вставить в пьесу проблематику режима Путина, аннексию Крыма и агрессию России против Украины, было пока непонятно.

Однако именно в общении с умными людьми и красивыми женщинами режиссер надеялся получить какие-то новые, свежие идеи. Так бывало раньше, так, он не сомневался, произойдет и сейчас. Опять же, нужно было получить дополнительное финансирование от столичных властей, а это требовало личных контактов с людьми, этим финансированием занимающихся. Он и тут не сомневался, что деньги получены будут – после того, как бывшие работники КПСС поняли, что теории Маркса и Ленина о классовой борьбе есть лженаука, нарративный дискурс о том, что история России есть выживание огонька культуры, поддерживаемого людьми с хорошим генофондом, горящим в окружении готового затоптать его охлоса – проблем с финансированием культурного продукта, посвященного этой теме, не было.

Режиссер ехал по почти пустым, по ночному времени, дорогам столицы, получал волны удовольствия и тепла от кокса, и предвкушал роскошь общения с такими же умными и красивыми людьми, как он сам. Клуб, в который он ехал, был почти на окраине города, но темнота надежно скрывала обычную убогость замкадья.

К сожалению в это же самое время по улице того же самого города шел Федор Бутников, рабочий-крановщик, который нес на плече мешок перловки, купленный задешево в сетевом супермаркете.

Федор был не москвич, жил в небольшом русском провинциальном городе, в котором чем дальше, тем больше умирала всякая жизнь. По этой причине он и уехал в столицу, где жизнь, наоборот, расцветала, и где можно было заработать на стройках хорошие деньги. Крановщиком он был неплохим, даже очень, строек было много, а приезжим из Средней Азии сложные импортные краны не доверяли. Жил он в складчину еще с тремя такими же мужиками из провинции в маленькой съёмной однокомнатной квартире, экономили они на всем, так что мешок перловки, купленный по акции, был хорошим и выгодным вложением денег.

Режиссер Золотников и крановщик Бутников встретились на перекрестке. Режиссеру мигнул на светофоре красный, который он, будучи в состоянии расслабленном, не заметил, и потому чуть было не сбил крановщика, шагавшего через дорогу на зеленый свет.

Тем не менее, мешок с перловкой упал, да так неудачно, что прямо в лужу.

- Мать, - сказал рабочий Будников, поднимая мешок. А потом посмотрел на новенький Роллс Ройс Гоуст II, роскошный элегантный автомобиль, идеально сочетающий в себе классический британский аристократизм с потрясающей динамикой. И на сидящего в нем элегантного молодого человека в костюме от Гуччи.

Молодой человек открыл боковое окно и крикнул:

- Чего встал, козел? Проходи!

И тут что-то в голове Федора сработало. Практически он услышал в своей голове очень четкий звук «щёлк!».

После этого перестал быть рабочим-крановщиком Федором Бутниковым.

Британская машина плавно стала подниматься в воздух – сначала буквально на несколько сантиметров, потом на метр, на два, на три… Режиссер в ней сначала не понял, что происходит, даже попробовал нажать на газ, но колеса беспомощно закрутились в воздухе. А потом машина с высоты всех этих трех метров просто рухнула на землю, подчиняясь законам Ньютона.

В общем-то, и этого хватило, чтобы машина пришла в полную негодность, но она снова взмыла вверх, словно кто-то поднял ее с земли гигантскими невидимыми руками, и снова ударилась о землю, да не просто ударилась, а будто бы те невидимые руки еще и стукнули машиной по асфальту.

И так несколько раз.

После чего превращенное в груду металла изделие британского автопрома замерло на месте.

Как ни странно, в результате всех этих противоречащих природным законам манипуляций, сидевший в машине режиссер не пострадал. По крайней мере, физически. Более того, он даже смог выбраться из машины, что было нетрудно, потому что все двери сорвались с петель и улетели в стороны, как оторванные крылья бабочки.

Золотников на четвереньках стоял на асфальте и смотрел на человека с мешком.

А человек, он же Федор Бутников, положил на плечо изрядно подпорченный мешок с перловкой и продолжил свой путь через дорогу.

- Э... - попробовал крикнуть режиссер, но не смог. Из горла вырвался только еле слышный хрип.

Человек с мешком исчез в темноте.

Самое странное во всем этом было то, что сам Федор не совсем понял, что произошло. Стараясь особо не бежать, чтобы не привлекать внимания, он быстрым шагом свернул куда-то в неосвещенные дворы, и затерялся в них. По пути он даже подумал было выкинуть мешок, но перловки, купленной по акции со скидкой, стало жалко, и он продолжил свой путь к дому, потому что обладал хорошим чувством ориентации и заблудиться не смог бы, даже если б захотел.

И размышлял о том, как такое произошло – то есть, как это он сумел поднять одним только взглядом машину и хрястнуть ею несколько раз об асфальт.

Он вспомнил то, что поведал ему дед перед самой смертью, и что тогда Федор посчитал бредом выживающего из ума старика.

А дед, Иван Петрович, рассказал, как в 1942-м, где-то под Воронежем, служил он в артиллерийском расчете, и пал весь этот расчет, пытаясь остановить атаку немецких танков. И остался он один, младший сержант Иван Бутников. Он и его пушка, для которой кончились снаряды. А против него три немецких танка.

И вдруг он взял глазами – так дед и выразился – «взял глазами», один немецкий танк, поднял его и со всей силы, шмякнул о землю. Потом второй, третий.

А потом повернулся и пошел искать своих.

Никогда это больше не удавалось, рассказывал дед, хотя он несколько раз и пытался повторить такое. И никому он никогда про тот случай тоже не рассказывал, потому что кто же поверит? И вот только внуку перед смертью решил открыться.

Внук, конечно, не поверил тоже, и только сказал что-то вроде: «Ну, дед, может, снаряд взорвался, и тебе все это почудилось от контузии». На том разговор и закончился. Так вообще-то Федор деда любил, плакал, когда тот умер, и вместе с отцом за могилой ухаживал старательно.

И забыл совсем про этот рассказ, пока вот такая же точно дичь не случилась с ним самим. Когда он повстречал на ночной улице какого-то мажора на дорогой тачке.

Добравшись до дома, где была его квартира, Федор в последний раз оглянулся, убедился, что его никто не преследует, и со спокойным сердцем стал подниматься по лестнице на пятый этаж.

Разберусь потом, что это было, решил он, входя в квартиру и опуская на пол опостылевшую перловку.

На этом, собственно, можно было бы поставить точку в этой чудной истории.

У режиссера Золотникова все нормально, страховку за машину он получил, хотя страховщики так и не поняли, каким образом машина в результате ДТП получила столь странные повреждения. От всего произошедшего осталось небольшое заикание, которое, впрочем, придает ему даже некий шарм. Сейчас он снимает для Первого канала документальный сериал о жизни Александра Солженицына.

Федор Бутников работает на стройке, зарабатывает деньги на свадьбу – познакомился он с одной хорошей девушкой, тоже приезжей. О том случае, конечно, не рассказывает – ни ей, ни кому другому. И думать о нем много не думает – хотя пару раз пробовал взглядом двинуть какой-нибудь предмет. Что, конечно, не получилось.

И не знает Федор, что много-много лет назад над русской равниной потерпел аварию военный разведывательный межзвездный аппарат, который упал в лесу у одной небольшой деревеньки.

Из всего экипажа аппарата выжил только один гуманоид, который в результате тяжелых ран потерял память.

Подобрали его местные, которые наткнулись на странную железную штуковину. Мертвецов похоронили по-тихому, как явных нехристей, выжившего выходили. Железку саму кузнецы деревенские разобрали со временем на детали.

Русские как раз тогда в очередной раз отбивались от очередного супостата, который не в первый раз позарился на их небогатую, но такую родную русским землю, и деревня на мужиков сильно опустела. Потому взяла бестолкового человечка одна вдовушка, да и прижила от него детишек. Деревенские не осуждали: дело-то понятное, бабье.

С научной точки зрения этому всему объяснение тоже есть – в нашем секторе Галактики ДНК общий, разлетелся с космическим мусором по всему периметру, потому и люди живут на планетах биологически совместимые.

Правда, у некоторых из них есть определенные особенности.

Забегая немного вперед, надо сказать, что будущему сыну Федора эта особенность тоже передастся, и, когда русские снова решат очистить свою страну от паразитов, включая и модных режиссеров, особенность эта очень даже пригодится. Например, для сбивания летательных устройств родной полиции и иностранных супостатов, которые, как обычно, решат поживиться за счет внутренних разборок на русской равнине.

Но это уже другая история.

31 августа 2019

Автор Александр Коммари

ИСТОЧНИК

На этом всё, всего вам инопланетного, по желанию конечно, канал Веб Рассказ.

До свидания.

Плейлист Коммари Александр - 5 видео озвученные мной.

* * *